Главная страница

Поиск по названию:


Пролог




НазваниеПролог
страница5/23
Дата конвертации17.01.2013
Размер2.78 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23

LED ZEPPELIN III

Наивысшее место в хит-параде Великобритании: 1

Количество недель в ТОР-10: 12

Наивысшее место в хит-параде США: 1

Количество недель в ТОР-10: 22

Дата релиза компакт-диска: сентябрь 1987 года.
1. Immigrant Song (Page — Plant)

Блестящая композиция, полная внутреннего напряжения и энергии. Плант как основной текстовик группы отразил в ней те свои впечатления, которые были навеяны историей древней Британии. «Валхалла», о которой говорится в тексте, — место захоронения древних викингов, а поскольку хоронили викингов, как правило, в воде, то «Валхаллу» следует позиционировать где-то в Северном Море. Напряжение композиции придает некая атмосфера депрессивности, которая стала характерной для всего альбома. Номер дебютировал на фестивале в Бате и оставался открывающим шоу до середины 1972 года, пока «Rock And Roll» не заменил его в этой роли. Соответственно, песня из трэк-листа после этого была изъята.

2. Friends (Page - Plant)

Полуакустический номер, один из тех, из-за которых на Зеппелинов обрушилась волна критики с обвинениями в смягчении звучания. Очень интересная вещь, со значительным психоделическим потенциалом. Атмосфера некой подавленности присутствует и здесь, тем не менее и эта вещь - безусловный шедевр Зеппелинов. Редко присутствовала в трэк-листах. Точнее один раз — в Японии в 1971 году.

3. Celebration Day (Page - Plant - Jones)

Типичный хард-рок, в значительной мере характерный для Джимми Пейджа, с несколько «придушенным» звучанием гитары, но от этого он только стал лучше, так как блестяще вписался в общую атмосферу альбома. Постоянный концертный номер, начиная с американского турне 1971 и 1973 годов. После американского турне 1973 года из сет-листа выпал и эпизодически исполнялся на бис.

  1. Since I've Been Loving You (Page - Plant - Jones)

Блестящий блюз и один из самых любимых публикой номеров. В зависимости от того, как исполняется этот номер, можно было безошибочно определить, в какой форме находится Джимми Пейдж: его соло в этой вещи просто бесподобно. Игра всей команды вызывает восхищение, однако отдельных комплиментов заслуживает игра Джона Пола Джонса на органе и меллотроне, которая для данной композиции значит ничуть не меньше гитарных откровений Пейджа. (К слову, в проекте «No Quarter» во время исполнения этой песни призванный под флаги Пейджа и Планта марокканский оркестр в полном составе имитировал клавишные партии Джонса.). Постоянный концертный номер на протяжении всей карьеры. Выпал только во время турне по Америке в 1975-ом и концертов в Англии в том же году.

5. Out On The Tiles (Page - Plant - Bonham)

Хорошая заводная и забойная вещь, но не более того. В сет-лист впервые попала на концерте в Лос-Анджелесе 4 сентября 1970 года. Далее исполнялась эпизодически, чаще на бис. Начальные аккорды этой вещи нашли свое применение в качестве вступления к «Black Dog». В таком виде и просуществовала до 7 июля 1980 года - последнего шоу в Европе.

6. Gallows Pole (trad. arr. By Page - Plant)

Пейджу в полной мере удалась аранжировка этой народной американской песни, но в сет-лист эта вещь попала считанное число раз, несколько попыток ее сыграть «вживую» были неудачными, и команда оставила эту затею. Зато в полной мере это удалось сделать проекту Плант — Пейдж, но там им помогали сразу пять музыкантов.

7. Tangerine (Page)

Почти половина композиций этого альбома составили основу акустического сета «Led Zeppelin». He стал исключением и этот номер, который стабильно занял свое место во время первого турне по Японии, осеннего британского турне 1971 года, австралийского и американского турне 1972-го. В качестве электрического номера в сет-лист эта вещь вернулась во время английских концертов 1975 года.

8. What's The Way (Page - Plant)

Среди акустических номеров этот — самый постоянный и любимый у группы. Начиная с фестиваля в Бате присутствовал в программе каждого выступления, выпав только во время британского турне 1972 - 73 годов, когда его заменяли другие композиции, и во время американских турне 1973 и 1975 годов, когда вообще акустическая часть шоу отсутствовала.

9. Bron-Y-Aur Stomp (Page - Plant - Jones)

Еще один «стойкий оловянный солдатик» акустической части программы. Единственный номер, постоянно присутствовавший во время акустического сета. Во время турне 1977 года по Америке группа заканчивала его исполнение криками «Страйдер!», в память о псе Роберта Планта, который своим назойливым присутствием так досаждал всем в 1970 году в Уэльсе.

10. Hats Off To (Roy) Harper (trad. arr. By Charles Obscure) Эту вещь, посвящение большому другу Зеппелинов Рою Харперу можно назвать авангардным и экспериментальным блюзом, настолько необычно и неприглаженно звучит эта композиция. «Вживую» не исполнялась никогда.
Предварительные заказы на альбом составили 700 тысяч в Америке и 60 тысяч в Великобритании, что гарантировало ему титул «золотого». Тем не менее, у этого альбома самые плохие показатели продаж, если 8-миллионный тираж расценивать как плохой показатель. Во время подготовки альбома семь композиций были отбракованы, и среди них великолепная «Hey Hey What Can I Do», которая была бы совсем не лишней, тем более что ее оптимистичное настроение здорово разбавило бы мрачноватую атмосферу пластинки.

Однако в целом восприятие альбома у публики и критиков оказалось скорее минорным. Все ожидали продолжения громоподобного «Led Zeppelin II», а получили почти фолк-роковую пластинку. Пейдж как мог отбивался, а потом махнул рукой, так как ему пришлось отбивать атаки совсем другого, не музыкального плана.

Дело в том, что первая серия альбомов имела на бороздке сбега иглы проигрывателя надпись «Do what thou wilt», которая огибала «яблоко» с названием композиций и авторами. Это высказывание, переводимое как «Творите, что хотите (или желаете)» принадлежало одному довольно известному персонажу с именем Элистер Кроули (Alister Crowley). Кроули был человеком весьма своеобразным, если не сказать странным. В начале двадцатого века он увлекался практической магией, открыто опровергал принципы общественной морали, и считался у современников «чернокнижником». Его жизнь представляла собой цепь непрерывных приключений, с погонями, конспиративными квартирами, преследованиями кредиторов и обманутых мужей, так как Элистер изобрел некую специфическую сексуальную магию, которая позволяла ему соблазнять всех женщин подряд. Кроме того, сей джентльмен до почтенного возраста обожал употреблять тяжелые наркотики и различные коктейли из наркотиков полегче, что позволяло ему почти постоянно находиться в состоянии средней обдолбанности. Пейдж начал интересоваться жизнью Кроули в конце 1969 года с подачи кого-то из своих приятелей, а в 1970-ом он уже «завис» на почти патологическом интересе к Элистеру и его магии. Пейдж не только собирал предметы, относящиеся к жизни мага, но через аукцион приобрел несколько книг авторства Кроули, особенно по той самой сексуальной магии (злые языки утверждали, что именно из-за этого Джимми занялся «творчеством» Элистера, или «Зверя 666», как называли его в газетах того времени). Вскоре Пейдж, как утверждали сплетни, добился на пути «черной» магии некоторых успехов. Чтобы его магическая практика имела максимально аутентичный вид, Джимми приобрел дом «Болескин Хаус», последним владельцем которого (прежде чем удариться в бега) был Кроули. Дом находился на берегу Лох-Несского озера. Тот еще адресочек!

Естественно, пресса, охочая до сенсации подобною рода, оставила набившую оскомину музыкальную тему и начала городить слухи - один абсурднее другого. Впрочем, Джимми и сам охотно подыгрывал «желтым» газетам, иногда слишком явно не договаривая, либо делая какие-то туманные намеки. Остальная троица Зеппелинов воспринимала все это как некую рекламную игру, и не особо вдавалась в детали. Знали бы они, что их еще ждет впереди!

После небольшого перерыва группа вновь приступила к активной деятельности, и в ноябре приступила к записи нового альбома.

В канун Нового года Зеппелины планировали дать концерт в Германии, который должен был транслироваться по спутниковому сигналу на Восточное побережье Соединенных Штатов. За реализацию этого проекта им пообещали почти 500 тысяч долларов. Однако в последний момент Грант это мероприятие отменил, как только узнал, что во время трансляции вполне возможен срыв сигнала из-за плохой погоды.

1971
Вполне насладившись прошлогодним триумфом и проведя очень приятные (в основном международные) рождественские и новогодние каникулы, Зеппелины вернулись в «Islands Studio», дабы продолжить начатую в ноябре 70-го работу над очередным альбомом. Как уже упоминалось ранее, «Islands Studio» являлась совершенно новой студией, и ее хозяева, пытаясь сделать своему заведению соответствующую рекламу, пригласили записываться две наиболее выдающиеся — по их мнению — британские группы: «Led Zeppelin» и «Jethro Tull». Отношения у музыкантов двух этих коллективов сложились просто великолепные еще во время американских гастролей в 1969 году. А лидеры групп, соответственно Джимми Пейдж и Ян Андерсон, относились друг к другу с глубочайшим уважением. И теперь обе команды оказались «под одной крышей». Да еще и в одно время. «Jethro Tull» работали над эпохальным альбомом «Aqualung» и были близки к его завершению. Во время одного из перерывов обе веселые компании собрались за общим столом, и Ян Андерсон продемонстрировал Пейджу несколько набросков к новым композициям. Пейджа «зацепило» прекрасное, стилизованное под средневековье, звучание андерсоновской флейты. Спустя два дня Пейдж в студии проиграл два фрагмента к новой, еще не имеющей названия композиции. Это были зарисовки к «Stairway To Heaven». Дело в том, что к этому моменту у Зеппелинов было готово девять композиций (семь из которых войдут в четвертый альбом), а вот заглавной, ключевой песни не было. И Пейдж прекрасно это осознавал. В течение следующих трех дней композиция практически была закончена, настолько все были увлечены новой вещью. Самое интересное, что текст Роберт написал буквально за полчаса, сразу после первого прослушивания упомянутых музыкальных фрагментов. Плант в это время был серьезно увлечен Толкиеном, но еще больше — древней историей Британии. Находясь под неизгладимым впечатлением подвигов древних саксов и бриттов, Плант перенес на бумагу все свои эмоции, создав вечный шедевр рок-поэзии. Впрочем, об этом позже.

К середине февраля Пейдж, являвшийся основным продюсером диска, отобрал восемь композиций к новому альбому, оставив за бортом три менее, на его взгляд, удачные. Примерно в это же время Пейдж и С° получили официальное приглашение посетить редакцию журнала «Disc» для вручения группе приза за лучший альбом 1970 года. Им стал — естественно! - «Led Zeppelin II». Это было первое публичное появление группы в наступившем году.

Посему помещение редакции оказалось просто не в состоянии вместить всех желающих — журналистов, радио- и телерепортеров, да и обыкновенных «тусовщиков». Еще бы! Должно было состояться явление пресс-бомонду лучшей группы мира, признанной таковой по обе стороны океана. Зеппелины выглядели отдохнувшими, удовлетворенными и даже чуть снисходительными. Питер Грант, который два месяца провел в специализированной клинике по борьбе с лишним весом (в его случае — с банальным ожирением), заявил о стартующих в марте британских гастролях и выпуске нового альбома в июле, аккурат к началу американского турне.

После этого мероприятия Пейдж вылетел в Лос-Анджелес со всеми мастер-лентами нового альбома с целью провести окончательное микширование и доработку. Знал бы он, чем обернется эта поездочка! Практически все мастер-ленты были испорчены нерадивым американским звукоинженером, и, когда Джимми вернулся 3 марта из США со столь «радостным» известием, все были просто в шоке. Процесс записи надо было начинать с самого начала!

И все же, несмотря на подобные осложнения, 5 марта в Белфасте стартовал британский тур. По совету Гранта, группа выступала в очень небольших залах — клубах, университетских кампусах и актовых залах колледжей. «Мы должны быть ближе к народу!» - мотивировал Питер.
Джимми Пейдж:

«Идея в целом была неплохая. Честно говоря, мы несколько устали от огромных американских стадионов и площадок, так что с удовольствием окунулись в мир небольших залов. Правда вначале не обошлось без недоразумений. Кажется, в Лидсе мы играли всего перед двумя тысячами человек. Но мы-то привыкли к другому, и «загнали» совершенно потрясную мощность. Первых три ряда просто снесло со своих мест!

Однако для меня в этом турне запоминающимся был совсем другой момент. Мы играли в Дублине на двадцатитысячном стадионе (это был единственный стадион в том турне. — прим. автора). В нашу программу уже входили композиции с нового альбома — «Rock And Roll», «Black Dog,», «Going To California» и «Stairway To Heaven». Последнюю мы решили припасти на окончание концерта. Мы с Джонсом достаточно много репетировали вступление и добились хорошей сыгранности. Так вот - я вступил, Джонси подхватил, и вдруг явственно сбился. Я удивился - с ним такого не случалось никогда. Каково же было мое удивление, когда Роберт забыл вступить и пропустил первую строчку. Черт, да что такое творится ? Я взглянул (гневно!) в сторону Планта и увидел, что он опустил микрофон и смотрит в зал. За моей спиной был Бонэм, и краем глаза я увидел, что он привстал за барабанами и тоже напряженно вмядывается вперед. Тут и я обратил свои взор на публику... Потрясающе! Почти весь зал светился самодельными огоньками — зажигалками, газетами, спичками... Я был ошеломлен — такого торжества звука я в своей жизни еще не встречал. Именно в этот момент я осознал, что «Led Zeppelin» создали хит, который обеспечил нам всем Вечность!».
Турне продолжалось до 1 апреля, когда Зеппелины выступили в лондонском «Paris Theater» (запись именно этого выступления легла в основу выпущенного позже компакт-диска «ВВС Sessions»). Во время турне не обошлось без накладок. Выступление в Ливерпульском университете было перенесено на май, так как Джон Бонэм отсидел сутки в кутузке за вождение автотранспорта (личного) в нетрезвом виде. В качестве официальной версии был заявлен ларингит у Роберта Планта. Пейдж и Плант внесли за него залог в 200 фунтов, но Бонэма освободили слишком поздно. Но это еще было достаточно безобидное происшествие, скорее стандартное — иначе турне «Led Zeppelin» не было бы похоже само на себя. Вторая накладка носила характер более фундаментальный. Дело в том, что практически параллельно с Зеппелинами (едва ли не тем же маршрутом) передвигались по стране великолепные «Emerson, Lake & Palmer». Трио обкатывало свою программу «Pictures At An Exhibition», которая пользовалась огромной популярностью после фестиваля на острове Уайт. Так вот, одно из «желтых» изданий поместило информацию о том, что Грант покидает «Led Zeppelin» ради «Emerson, Lake & Palmer», поскольку вторые более перспективны. Реакция Питера была мгновенной: «Узнаю, кто это придумал, — башку снесу! А Бонэм мне в этом поможет». Все дружно посмеялись, но нехороший осадок остался.

Почти весь апрель и май группе пришлось вновь провести в студии, переписывая новый альбом. Именно этим можно объяснить, что версии песен с альбома, сыгранные в марте, настолько отличаются от своих виниловых оригиналов. Постепенно стало ясно, что в июле пластинка не будет выпущена. Грант занервничал, и предложил «ускориться», но тут «перемкнуло» Пейджа, который вдруг предложил выпустить «живой» альбом и записать его на июльских концертах в Италии, куда группу пригласило местное правительство (!!!).

Гитариста с трудом удалось отговорить, но его посетила новая «гениальная» мысль: хорошо, пусть будет студийный альбом, но надо выпустить его на четырех (?!) дисках формата ЕР. И от этой глупости удалось отговорить Пейджа, обосновав тем, что стоимость такого монстра в розницу резко снизит общий тираж альбома. Время шло, а у нового студийного детища Зеппелинов до сих пор не было не только названия, но и проекта обложки. Группа пообещала решить эти вопросы как можно скорее, но сама укатила в солнечную Италию. На «Atlantic Records» команда выпускающих менеджеров просто рвала и метала. Впрочем, самим Зеппелинам аппенинское путешествие вышло боком.

Первый концерт в Риме прошел на ура, итальянцы оказались весьма восприимчивы к энергетическим экспериментам британской группы и оказали нашим героям ну очень горячий прием. Второе (и последнее) выступление прошло на велодроме «Vigorelli» в Милане, где и состоялся фестиваль, спонсируемый правительством. Приблизительно час все шло как обычно, но потом полиция вдруг решила, что публика излишне разгорячилась, и начала обстрел трибун гранатами со слезоточивым газом. Возбужденные фанаты устроили ответную канонаду пустыми винными и пивными бутылками. На трибунах вспыхнули бои «местного значения», пока одна из гранат не шлепнулась в двадцати метрах от Джонса, находящегося у края сцены. Басист быстро сообразил, что ситуация выходит из-под контроля стражей порядка, и сделал знак Пейджу сворачиваться без игры на бис. Пейдж несколько промедлил, но когда увидел, как зрители, спасаясь от полицейских дубинок, полезли на сцену, то дал команду всем сматываться. Выход со сцены оказался перекрыт полицейскими автомобилями, а непосредственно за ними вовсю шла коллективная потасовка. Оставался единственный отход в сторону гримерок. Четверка проскочила туда, а Ричард Коул успел запереть дверь. Приблизительно четверть часа за дверью происходило бог весть что. Кто-то ломился в запертую дверь, кто-то просто орал, кого-то били (и больно). Когда Зеппелины покинули место своего добровольного заточения, то первое, что они сделали, это вернулись на сцену, где оставили аппаратуру. Точнее те жалкие обломки, которые от нее остались.
Джон Пол Джонс:

«Я был просто в ярости! Эти идиоты сломали все — гитары, орган, барабаны, усилители... Нам через месяц ехать в Америку, а у нас не осталось ничего. Моя бас-гитара была со мной с 1966 года, а теперь я нашел только два переключателя от нее! И это был фестиваль, безопасность на котором была гарантирована правительством. Ноги моей больше в Италии не будет!».
В такой ситуации было уже просто не до обложек, названий и песен. Пейдж, Плант. Джонс и Бонэм лихорадочно метались по Лондону, заказывая себе новую аппаратуру. Затем начались репетиции, но Пейджу этого было мало. Нужна была проверка нового комплекта аппаратуры в более суровых условиях. Тут и подоспело приглашение Клода Ноббса на фестиваль в Монтре, которое было с благодарностью принято. 7 и 8 августа Зеппелины блестяще отыграли на фестивале. Почти со всей Европы съехались многочисленные поклонники группы, так как это был единственный шанс увидеть «Led Zeppelin» в Европе в том году.

А 19 августа в канадском Ванкувере стартовало седьмое американское турне. 24 концерта за 32 дня. С ключевыми выступлениями на лос-анджелесской площадке «Forum» и в нью-йоркском «Madison Square Garden». Турне прошло великолепно. Новые композиции группы вызвали положительную реакцию критиков, а главное — публики. И хотя гастрольные маршруты порой заносили музыкантов в глухую провинцию, особенно в южных штатах, это нисколько не повлияло на кураж и высокое исполнительское мастерство Зеппелинов. Да и новая аппаратура не подвела.

17 сентября в Гонолулу прошло заключительное выступление, и Грант оставил своих «мальчиков» на недельные каникулы на райских островах. Удивительно, но в этом турне Зеппелины вели себя на редкость миролюбиво. Может быть, хватило «боевых действий» в Европе? Естественно, что многочисленные «группиз» и фотомодели слетались как пчелы на мед и сопровождали своих «мужей» на всем маршруте их передвижения, но это являлось в те времена стандартной ситуацией для звезд подобной величины. Однако умиротворенное спокойствие Зеппелинов оказалось затишьем перед бурей. Все события ждали впереди, и накопившаяся потенциальная энергия наших героев в полной мере разрядилась в стране восходящего солнца.

22 сентября самолет «Боинг-727» японской авиакомпании вылетел из Гонолулу, выполняя спецрейс на Токио. На борту находились спецпассажиры — британская гpyппa «Led Zeppelin» в сопровождении приблизительно 70 человек свиты и особой группы поддержки женского пола. Бонэм проявил себя во всей красе уже в воздухе. Для начала он просто «поддал», а затем предложил поиграть в прятки, в результате чего через пятнадцать минут самолет ходил ходуном. Вежливые японские пилоты предупредили невежливых белых людей, что так себя вести нельзя. Прятки плавно перешли в салки, и в эту игру попытались вовлечь стюардесс. Вежливые японские пилоты пригрозили тем, что повернут обратно. Спустя еше какое-то время спецпассажиры разбились на приблизительно две равные команды и начали бросать друг в друга свежими бисквитами и овощами, благо, что и тех и других было несколько ящиков. Через считанные мгновения салон превратился в некое подобие шедевров Малевича — много пятен, и никакой логики. Вежливые японские пилоты потеряли напускную вежливость и резко снизили в салоне давление. Через десять минут все пассажиры, включая стюардесс, уснули. Пилоты смогли спокойно довести рейс до конца, сообщив предварительно в аэропорт назначения, что на борту обстановка более чем критическая. Однако подлинный шок потомки самураев испытали через несколько минут после процедуры массового усыпления. В кабине пилотов раздался стук! Японцы рухнули со своих кресел, когда увидели на пороге здорового и невредимого Бонзо, который — вежливо! — попросил их «порулить».

Вторая серия приключений началась на таможне, которую Бонэм наотрез отказался проходить. Заподозрив неладное, — все-таки рок-музыканты с соответствующей репутацией, — японцы заявили, что не пустят никого, если этот большой белый человек не пройдет контроль. Грант еле-еле уговорил Джона. В отместку японцы раздели Бонзо догола, надеясь найти спрятанные наркотики. Дудки! Бонэм был чист, как снег на горе Фудзияма. Зато он смертельно обиделся, и из таможни вместо выхода пошел обратно на летное поле. Как был — голым. Увидев Бонэма, да еще голого, да еще и возвращающегося, персонал самолета начал в ужасе разбегаться. Через некоторое время Бонэма все же удалось успокоить, и группа благополучно заселилась в «Hilton», самый пафосный отель в центре Гинзы, делового района Токио. Веселая компания заняла полностью пятый этаж. Бонэму достался номер между Джонсом, с одной стороны, и Коулом - с другой. В номере Бонзо обнаружил чудо современной цивилизации — водяной матрац! В полном восхищении Бонэм позвонил на ресепшн и поинтересовался, может ли выдержать это чудо двух человек. Ответ был утвердительный. Через некоторое время то же лицо задало вопрос по поводу трех человек, четырех... шести... десяти. Наконец, доведенная до отчаяния служба сервиса отключила барабанщику внутренний телефон, и Джон на какое-то время затих. Вскоре к нему присоединился Коул, и парочка занялась распитием сакэ (холодного) и рассматриванием многочисленных подарков, которые им подарили японские поклонники, коих в аэропорту собралось бесчисленное множество. Парочка обнаружила два настоящих самурайских меча, и пришла в полный восторг. Счастье, что эти мечи не были заточены! Тем не менее, Коул с Бонзо устроили поединок на мечах с предшествующими раскланиванием и пируэтами. Через несколько минут номер Бонзо напоминал Хиросиму после известной бомбардировки. Бонэм расстроился, но ненадолго. Они выпили еще чуть-чуть, и так же тупо разнесли номер Коула. Далее последовал номер Джонса, а поскольку басист крепко спал, утомленный перелетом, да еще и принял снотворное, то его тихонько вынесли из номера и перенесли этажом ниже, где его утром и обнаружил персонал гостиницы. Но и это еще не все. Когда утомленный самурайскими подвигами Ричард отправился в свои разрушенные хоромы спать, Бонэм решил продолжить исследования японской реальности. Его мысли снова обратились к матрацу. Проходя по коридору, Бонзо увидел лифт, в котором на этажи подавалась пища. Деятельная натура Джона на этот раз решила выяснить, сколько литров воды может вместиться в этот лифт. В качестве прибора измерения был выбран матрац. Однако в одиночку Джон справиться не мог: матрац не хотел двигаться с места, несмотря на все титанические усилия. Бонзо пошел и разбудил Планта. Друг юности быстро «просек фишку», но на всякий случай решил позвать еще и Пейджа. Под покровом ночи, давясь от смеха, три мировые рок-звезды пошли на мокрое дело. Три матраца легко были залиты в лифт, а вот во время четвертого захода случился конфуз — матрац лопнул! Вода мощным потоком хлынула вниз. Троица бросилась врассыпную и попряталась по своим номерам. Не тут-то было! Персонал отеля быстро вычислил, чьих рук это дело, и через полчаса всех постояльцев пятого этажа (за исключением Джонса, который мирно посапывал на четвертом) выставили на улицу. Поскольку большинству не было ясно, что произошло, то Планту и Бонзо пришлось отвечать на многочисленные вопросы. Пейдж скромно держался в стороне и только пожимал плечами. Было раннее утро, и вся компания весело гоготала на улице. В этот момент со стороны гостиницы раздался страшный грохот и дикий вопль. Японский повар, явившийся на работу с утра, спустил лифт на первый этаж и открыл дверцы... Опасаясь, что японцы вот-вот начнут третью мировую войну, англо-американцы рысью бросились прочь. Да, кстати, в «Hilton» в тот день не кормили.

Самое удивительное состояло в том, что первое выступление, состоявшееся в этот же день вечером в «Budokan Hall», прошло без сучка и задоринки, с трехкратным вызовом на бис. Просто блистал Бонзо, чье солирование в «Moby Dick» продолжалось почти полчаса.

Группа размещалась в более скромном отеле «Four Seasons» и больше не хулиганила. Поскольку японский рынок в этот момент был весьма привлекателен, то по просьбе Питера Гранта «Atlantic Records» направил в турне своего представителя. Это был Фил Карсон (Phil Carson), который оказался свидетелем зеппелиновских выходок. Карсона тоже пришлось долго успокаивать и приводить в чувство, поскольку он вообще в жизни ничего подобного не видел и был достаточно скромным семьянином. Тем не менее, свою работу он выполнил прекрасно — сразу несколько японских компаний получили право на распространение пластинок «Led Zeppelin» на азиатском континенте.

Чтобы загладить свою вину перед принимающей стороной, «Zeppelin» отыграл концерт в Хиросиме, весь сбор от которого был направлен в фонд помощи пострадавшим от бомбардировки. Аборигены оценили этот жест по достоинству, и 29 сентября, в день последнего выступления группы, сделали их почетными гражданами Токио (на территорию гостиницы «Hilton» это не распространялось). В тот же день состоялось заключительное выступление в том турне, но и здесь Бонзо вновь сумел «отличиться». Дело в том, что во время пребывания в Японии Джон налегал на блюда местной кухни, а поскольку Бонэм был человеком сухопутным, а японская кухня — сугубо морской, то... Одним словом, во время акустического сета Бонзо прихватило, и аккурат перед исполнением «Tangerine» он... м-м... В общем, Бонзо метнулся в «очко». После того как вещь была сыграна, Плант предложил залу всем вместе позвать Джона, что-то типа «Снегурочка, выходи!». Короче говоря, Бонзо, можно сказать, сорвали с низкого старта. После того как он вернулся, группа сыграла «Friends».

Наконец музыканты добрались домой и смогли вплотную заняться наболевшими вопросами, связанными с выпуском четвертого альбома. Еще во время американского турне Пейдж высказал мысль, что альбом не будет иметь собственного названия, на нем не будет размещено название команды, а лишь четыре символа, характеризующие каждого из музыкантов. На этот раз все идеи Джимми неожиданно получили горячую поддержку Гранта, и на «Atlantic» вынуждены были согласиться, хотя и считали принятые решения самоубийственными в плане рекламы.

8 ноября в США и 11 ноября в Великобритании новый альбом, названный в одних изданиях «Led Zeppelin IV», в других - «Четыре Символа», а в третьих — «Альбом С Рунами», поступил в продажу. Незадолго до этого, в конце октября, почти одновременно в Англии и США ведущие музыкальные издания подвели итоги года. На родине музыкантов «Melody Maker» расположил Зеппелинов в категории «Лучшая Группа Мира» на третьей позиции, впереди были «Emerson, Lake & Palmer» и «Pink Floyd». В Англии, как известно, подсчитывается не общее количество голосов, а процент от числа голосовавших. Так вот, «Emerson, Lake & Palmer» набрали 23,2 процента, «Pink Floyd» - 21,3, a «Led Zeppelin» - 20,7. Многие обозреватели указывали, что если бы четвертый альбом вышел хотя бы в сентябре, то Зеппелины несомненно поднялись выше. Тем не менее, случилось то, что случилось. В Америке группа заняла в аналогичной категории второе место, уступив совсем немного американской шайке пьяниц под названием «Allman Brothers Band». Однако в целом команда удерживала ведущие позиции на двух основных рок-рынках мира.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23

Похожие:

Пролог icon-
Пролог
Пролог iconВстреча с Дигорией или заметки отчаянных кренделей Непутевые заметки или «Как я до такой жизни дошел». Пролог
...
Пролог iconЕвгений Прошкин Слой Ноль Слой 2 евгений прошкин слой Ноль Пролог
Конец света начался десятого июня в 17. 20 по московскому времени и длился около часа
Пролог iconАнтон Первушин Астронавты Гитлера Антон первушин астронавты гитлера пролог: Первоапрельские астронавты
Мой фюрер, вашим именем! территория Рейха! отныне и на тысячу лет! водружен! прощайте, умираю с именем!“ В честь этой победы мастер...
Пролог iconРецепт от безумия 2 сергей соболенко-баскаков сергей соболенко-баскаков рецепт от безумия
Пролог
Пролог iconАндрей Круз Эпоха мертвых. Начало Эпоха мертвых 1 Андрей Круз Эпоха мертвых. Начало пролог
Еще никто ничего не знал, еще ехали машины по улицам города, еще спешили люди по своим делам. Еще даже ничего не успело случиться,...
Пролог iconАндрей Круз Эпоха мертвых. Начало Эпоха мертвых 1 Андрей Круз Эпоха мертвых. Начало пролог
Еще никто ничего не знал, еще ехали машины по улицам города, еще спешили люди по своим делам. Еще даже ничего не успело случиться,...
Разместите кнопку на своём сайте:
recept.znate.ru


База данных защищена авторским правом ©recept.znate.ru 2012
обратиться к администрации
Recept